Когда я впервые увидел фотографии, на которых инженеры General Motors разбирают рядом два автомобиля, то подумал, что это какой-то технический эксперимент. Оказалось, всё гораздо прозаичнее: специалисты просто снимали панель за панелью с китайского хэтчбека и корейского компакта, чтобы понять, насколько глубоко простирается сходство между ними.
Результат поразил даже бывалых экспертов. Крышка капота от машины из Поднебесной вставала на корейский автомобиль без малейшей подгонки. Двери переставлялись в обе стороны так, будто их изготовили на одном конвейере. Взаимозаменяемых элементов набралось настолько много, что представитель американского концерна признал совпадение кузовной архитектуры, внешности и внутреннего устройства салона.
Речь шла о Chery QQ и Daewoo Matiz. Именно с этого эпизода началась первая громкая история обвинений в адрес китайского автопрома. Дальше подобных случаев набралось столько, что европейские концерны перестали вести им счёт. Некоторые марки из Китая построили на чужом дизайне целые модельные ряды, и мне стало интересно разобраться, как такое вообще могло происходить.
Первый громкий скандал
Маленький хэтчбек Chery QQ появился на китайском рынке весной 2003 года. Спустя восемь месяцев совместное предприятие с участием GM начало продавать в Китае Chevrolet Spark, который по сути был перелицованным Daewoo Matiz. Две машины оказались не просто похожими — они были почти идентичными.
Главное различие заключалось в цене. Chery QQ с базовым мотором стоил около шести тысяч долларов, тогда как за Spark просили примерно на 1200 долларов больше. Китайцы почти сразу расширили гамму версией с более мощным двигателем и одновременно снизили цену на прежнюю модификацию. Американцы ответили тем, что срезали ценник на Spark сразу на 6,3 процента.
К тому моменту GM вложил в свои китайские совместные предприятия больше двух миллиардов долларов. Терпеть такое соседство по прайс-листу никто не собирался, поэтому иск подали в шанхайский суд. Дальше в дело вступили эксперты с рулетками. Они тщательно обмерили обе машины и указали на разницу в габаритах и размере колёсной базы. Суду этого хватило, чтобы не признавать Chery QQ точной копией.
Стороны в итоге договорились между собой, а QQ продолжил выпускаться и дал начало целому семейству. Меня всегда удивляло, как несколько сантиметров разницы могли решить судьбу столь очевидного заимствования.
Правовые лазейки, которые позволяли копировать открыто
Дизайн автомобиля в Китае защищается патентом на промышленный образец, то есть на внешний вид изделия. Требование к такому патенту предельно простое: на день подачи заявки этот внешний вид должен быть новым. Если производитель показал машину публике раньше, чем подал документы, защищать уже нечего.
Именно на этом обожглись британцы, когда пытались защитить внешность Range Rover Evoque. Китайское патентное ведомство аннулировало права на спорный дизайн сразу у обеих сторон. У Landwind — потому что их машина была слишком похожа на чужую. У Land Rover — потому что свой кроссовер британцы показали публике за год до подачи патентных бумаг в Китае.
Существовала и чисто практическая причина. Иностранные концерны десятилетиями старались вообще не судиться в китайских судах. Шансы выиграть оценивались как исчезающе малые, а испортить отношения с местными властями, от которых зависели совместные предприятия и заводы, можно было мгновенно. Представители одной из китайских марок прямо заявляли, что их машины одобрены правительством КНР, а значит, продукт законный.
Chery Amulet и цена внешней копии
Российские водители хорошо помнят Chery Amulet. Под этой машиной лежал перерисованный SEAT Toledo первого поколения, а сам испанский седан стоял на платформе второго Volkswagen Golf. Родословная у китайца была вполне немецкая, но реализация — уже совсем другая.
Внешне копия повторяла испанца почти точно, а вот металл и сварка были уже свои. Ни подушек безопасности, ни преднатяжителей ремней у Amulet не было ни в одной комплектации. Российский краш-тест показал, во что это выливается: стойку лобового стекла вдавило в салон на 485 миллиметров, рулевую колонку отбросило назад на 310 миллиметров. Голова манекена прошла мимо руля и приняла удар о переднюю панель, ноги зажало складками пола.
Итоговая оценка составила 1,7 балла — уровень Оки и Таврии. Машина, спроектированная немецкими инженерами в начале девяностых, в китайском исполнении держала удар хуже классических Жигулей. Немецкий автоклуб ADAC разбил внедорожник Landwind, и в клубе признали, что за двадцать лет испытаний ничего подобного им не попадалось. Я до сих пор помню, какое впечатление произвели эти цифры на автомобильное сообщество.
BYD F3 — конструктор из трёх доноров
Седан BYD F3 срисовали не с одной машины, а сразу с трёх. Спереди в нём узнавалась Toyota Corolla Altis, сзади — Honda City, а профиль подсказывал Nissan Sentra. Салон повторял Corolla почти целиком, вплоть до комбинации приборов.
За 2009 год в Китае разошлось 291 010 экземпляров F3. Столько за год в стране не продавала до этого ни одна модель. Продажи самой Corolla в том же году просели на пять процентов. Всего на внутреннем рынке разошлось больше 1,6 миллиона этих седанов, а стоила машина около 13 тысяч долларов.
Дилеры пошли дальше производителя. Значки BYD на машинах в салонах меняли на чужие эмблемы, в том числе на тойотовские. В самой компании потом признавали, что от такой самодеятельности партнёров им было неуютно. Мне кажется, это лишний раз показывает, насколько тонкой была грань между копированием и откровенной подделкой.
Great Wall Peri и итальянский иск
У Fiat Panda второго поколения появился китайский двойник по имени Great Wall Peri. Итальянцы разглядели своё детище мгновенно и подали иск в Турине, у себя дома. Формулировка суда вышла короткой: от Panda у этой машины отличался только передок, всё остальное — копия.
Ввоз машины в Европу запретили, за первый уже поставленный экземпляр Great Wall обязали заплатить 15 тысяч евро, а за каждый следующий — по 50 тысяч. Итальянцам этого показалось мало, и они подали второй иск, уже в китайский суд, добиваясь запрета на само производство. Китайский суд итальянцам отказал.
Юридически Great Wall в Китае после этого ничего не грозило, но выпуск Peri свернули, продержав модель на конвейере всего два года. А через год китайская компания подала на Fiat встречный иск, обвинив итальянцев в промышленном шпионаже. Такой поворот событий тогда мало кто мог предсказать.
Shuanghuan CEO — клон, который защитила дешевизна
Внедорожник Shuanghuan CEO повторял BMW X5 предыдущего поколения настолько откровенно, что немцы узнали о нём на автосалоне у себя дома, во Франкфурте. Параллельно та же компания выпускала микролитражку Noble, срисованную со Smart Fortwo. Руководители Mercedes-Benz называли эту машину вульгарной копией. Мюнхенский суд запретил продажи CEO в Германии.
Сходство машин миланский суд под сомнение не ставил, но рассудил иначе: человек, отдающий за китайский внедорожник малую долю от цены BMW, никак не может думать, что покупает баварскую машину. Раз путаницы нет, нет и ущерба ни правам на дизайн, ни марке. Дешевизна копии, из-за которой она вообще существовала, оказалась её же защитой в европейском суде.
После такого решения уже самому BMW грозило требование возместить китайцам продажи, упущенные из-за иска. Daimler, судившийся из-за клона Smart в том же Милане, доводить своё дело до приговора не стал. Пока в Италии действовал запрет на показ Noble, машину всё равно привезли на Болонский автосалон. После протеста немцев её выставили на парковке рядом с выставочным центром.
Landwind X7 — случай, который изменил правила
Кроссовер Landwind X7 показали на автосалоне в Гуанчжоу осенью 2014 года. Это был Range Rover Evoque первого поколения, повторённый почти без изменений. В продаже он стоил около 18 тысяч долларов против 52 тысяч за оригинал.
Британцы подали иск, а в ответ услышали, что производитель и сам, конечно, огорчён, но повернуть уже ничего не может: машина в производстве, деньги вложены. Незадолго до решения китайцы на всякий случай подправили внешность спорной модели, только суд эту правку всерьёз не принял.
Удар по оригиналу оказался ощутимым. Копия стала бестселлером марки Landwind, а продажи всей британской группы в Китае за первые три месяца после появления клона просели на двадцать процентов. Разбирательство длилось больше трёх лет. Суд пекинского района Чаоян насчитал во внешности Evoque пять черт, которые считаются собственными приметами британской машины, нашёл их все на китайском кроссовере и назвал это плагиатом.
Производство, продажи и реклама X7 подлежали немедленной остановке, а британцы получили компенсацию. Ничего подобного китайский суд иностранной компании раньше не присуждал. До России эта марка добралась своим способом: в линейке Landwind появился паркетник X2, внешность которого рисовали по мотивам нашей Lada Xray.
Zotye SR9 — копия, собранная по деталям
У Zotye SR9 совпадали с Porsche Macan не только силуэт и пропорции, но и линии стыков панелей, и мелкие детали отделки кузова. Салон копировали так же тщательно. Машина вышла на 63 миллиметра длиннее оригинала, на шесть миллиметров шире и на 43 миллиметра длиннее по колёсной базе — ровно настолько, чтобы формально не совпадать. Стоила эта копия в пять раз меньше немецкого кроссовера.
Porsche грозил судом ещё на стадии концепта, но иска так и не подал. Копировали и интерьер по той же причине, по которой копировали кузов. Машину не срисовывали по фотографиям, её разбирали целиком, деталь за деталью, и повторяли конструкцию. При таком подходе панель приборов, консоль и обшивки идут тем же потоком, что и кузовные панели: придумывать заново, как разложить приборы и кнопки под руку водителя, дороже, чем повторить готовое.
К тому же именно салон покупатель разглядывает дольше всего, и внешнее сходство без внутреннего разваливалось бы сразу, как только человек откроет дверь. Я часто думаю о том, сколько инженерных ресурсов уходило на такое доскональное повторение вместо разработки собственных решений.
Почему дизайн защищён слабее техники
Ни одно из этих разбирательств не решалось вопросом, скопирована машина или нет. Сходство никто не оспаривал, включая сами суды. Британцы в Китае потеряли права на внешность Evoque из-за даты подачи заявки. BMW проиграл в Милане из-за разницы в ценниках. Американцам отказали из-за нескольких лишних сантиметров в габаритах клона.
Техническое решение так не защищают. Заявку на изобретение проверяют по существу, патент действует двадцать лет, и никого не интересует, спутает ли потребитель две конструкции и на сколько миллиметров одна отличается от другой. Внешний вид охраняется пятнадцать лет, а до недавних поправок охранялся всего десять, и вся защита держится на вовремя поданной бумаге. Действуй для дизайна те же правила, что и для техники, ни срок показа на автосалоне, ни разница в ценнике, ни лишние 63 миллиметра длины ничего бы не решали.
Куда привела дорога клонов
Марки, которые жили клонами, кончились быстро. Shuanghuan, производитель поддельных X5 и Smart, попал под решение китайского министерства: тринадцать заводов, два года подряд не проходивших обязательную оценку производства, разом лишили права выпускать машины. Zotye прошла через банкротство: пока конкуренты делали собственные моторы и переходили на электротягу, она продолжала ставить покупные агрегаты Mitsubishi. Продажи Landwind покатились вниз ещё до суда с британцами.
Поднялись те, кто копирование бросил. BYD, начинавшая с перерисованной Corolla, сегодня зарабатывает на автомобилях в Китае больше всех и по годовой прибыли обошла Mercedes-Benz. Geely, показавшая когда-то поддельный Rolls-Royce, владеет Volvo. А Chery, которую судил General Motors, стала партнёром тех самых британцев.
К 2026 году продажи Jaguar Land Rover в Китае упали со 146,4 тысячи машин до примерно 26 тысяч, и британцы полностью прекратили выпуск автомобилей в стране. Завод в Чаншу, где собирали Evoque и Discovery Sport, переводят на новую марку Freelander. Это совместный проект с Chery: платформа китайская, батарея и электроника китайские, за дизайн отвечает британская студия.
Первые машины разошлись тиражом меньше четырёх тысяч штук. Кроссовер, из-за копии которого Land Rover четыре года судился в Пекине и добился первого в мировой практике решения против китайского клонирования, снимают с производства. На его месте встаёт машина, построенная на платформе той самой Chery, с которой вся эта история и началась. Мне кажется, в этом и заключается главная ирония всей эпохи копирования: те, кто начинал с чужих чертежей, в итоге стали партнёрами тех, кого копировали.
